Процесс превращения

Процесс превращения
В Упсальском Городском театре поставлен спектакль по роману «Преступление и наказание» Ф.М. Достоевского. Автор инсценировки и режиссер Евгения Горелик – ученица известного московского театрального педагога Олега Кудряшова. Проучившись несколько лет в ГИТИСе, Евгения Горелик вернулась домой в Швецию и возглавила Стокгольмский Университетский театр. На базе этого театра она организовала несколько совместных шведско-российских проектов, привлекая к ним своих бывших однокурсников. Некоторые из этих постановок (пьеса современного шведского драматурга Исы Шойер «Дети Левингстона», одноактовка Августа Стриндберга «Сильнейшая») были показаны как в Швеции, так и в России, на гастролях в Москве и Самаре. Евгения поставила в Университетском театре Стокгольма малоизвестное драматургическое произведение Ингмара Бергмана ”Последний крик» ( перевод на русский язык, осуществленный ею же, опубликован в книге «Пятый акт», изданной в Москве). Спектакль играли в Стокгольме, а потом Университетский театр был приглашен и выступил с успехом на знаменитом бергмановском фестивале на Форе — любимом острове Бергмана, где он снимал часть своих фильмов и где провел, практически безвылазно, все последние годы своей жизни.
Как это часто случается в Швеции, да и вообще на Западе, постигать режиссерскую профессию Евгении Горелик пришлось не только в мастерской Олега Кудряшова, но и в практической работе в качестве ассистента режиссера у известных мастеров шведской сцены: Фина Польсена, Рони Даниельссона. Когда в Упсалу пригласили на постановку «Мефисто» по роману Клауса Манна украинского «модного» режиссера Андрия Жолдака, ассистентом его стала Евгения Горелик.
Спектакль «Преступление и наказание» идет около полутора часов без антракта, и все это время единственный исполнитель всех ролей актер Франциско Собрадо держит зрителей в состоянии напряжения и «проверяет их на прочность» : прочность убеждений, прочность нервной системы , прочность жизненных ценностей. Надо сказать, что в Швеции, где «пропалестински» настроенные «левые» интеллектуалы соседствуют с поклонниками Фиделя Кастро и Че Гевары, а также с многочисленными представителями антиглобалистских молодежных движений, многое в романе Достоевского и в инсценировке, сделанной самим режиссером, звучит сегодня для Швеции предельно актуально. Ассоциации с сегодняшней действительностью возникают в спектакле немедленно, как от прямого иллюстративного хода (Раскольников в спектакле одет в майку с портретом Че Гевары, а на шее у него палестинская шаль — «арафатка» – примеч. С.К.), так и от главного, постоянно повторяющегося в спектакле, вопроса о праве на убийство – убийство ради благих целей. В инсценировке смещены акценты с ницшеанской идеи о праве «избранных» на вопрос о праве каждого, у кого есть идеи и необходимость их отстаивать, праве любой личности, противопоставившей себя обществу, «перешагнуть» через человеческую жизнь. Есть ли оно, такое право, и что происходит с личностью, посягнувшей на это — вопрос, волнующий авторов спектакля.
Полуторачасовой монолог Раскольникова, в котором он выворачивает наизнанку свою душу, сцены из его жизни возникают не в обычной последовательности, а как некие сновидения, выплывающие из хаоса сознания. В какие-то минуты актер превращается в Мармеладова и интимно предлагает зрителям выпить вместе с ним. Вдруг он темпераментно и страстно исполняет испанский романс под гитару — так неожиданно решена в спектакле сцена встречи Раскольникова с Амалией Ивановной в полиции. Появление Катерины Ивановны – это акробатический этюд с костюмными элементами японского театра (широкий белый халат–кимоно с широкими рукавами, как два лебединых крыла, набеленное лицо японской гейши, нарисованные красные губы и два красные пятна на щеках – чахоточный румянец). Разговор Раскольникова и Разумихина передан средствами кукольного театра: две руки актера, превращаясь в персонажей, ведут между собой выразительный пластический диалог. Трансформация и передвижение актера в пространстве происходит стремительно и неожиданно: только что он находился на небольшой сцене, вблизи судейского стола, покрытого красной скатертью, на которой ма-а-ленький такой топорик вместо судейского молотка, а сейчас он уже рядом с нами в большой полуосвещенной комнате, где, как в кафе, разместились за столиками зрители. Оказавшись в непосредственной близости к сидящим в зале, Раскольников обращается напрямую к каждому из нас, задавая неудобные вопросы и требуя ответа на них. Монолог героя превращен автором инсценировки и режиссером спектакля в диалог с самим собой и со зрителем, который по ходу действия оказывается то собутыльником Мармеладова, то свидетелем и даже соучастником преступления Раскольникова, согласившись забрать у него и спрятать улики — окровавленные тряпки старухи-процентщицы.
«Я взяла только одну тему из романа Достоевского, тему, которая меня интересует – путь человека к террористическому акту и что происходит у него внутри, когда он уже готов убить, — говорит Евгения Горелик. — Я выбрала из романа те сцены, в которых показана несправедливость общества к человеку, и сцены, где Раскольников говорит, что хватит болтать — надо что-то делать. «Преступление» — это преступление общества против Мармеладова, его семьи, против бедных людей. «Наказание» —это суд, который вершит Раскольников, пытаясь сам бороться против несправедливости. Для меня все это было принципиально, так как мне кажется, что в нашем шведском обществе есть странная двойственность, с одной стороны, стопроцентный гуманизм: мы не едим мясо, не давим жучков, не носим меха убитых животных, а с другой, идет романтизация революции, романтизация людей, которые борются против общества, и мы не задумываемся о том, какие это кровавые люди. Шведская гуманность, высоко развитое чувство справедливости, понимание того, что мир несправедлив – все это прекрасно и благородно, но поскольку проблемы происходят не на их пороге, то люди не отдают себе полного отчета, к чему бунт может привести. Ну что ж, говорит шведскому зрителю Раскольников, раз вы не против, раз вы можете понять мои чувства, то не будьте лицемерами, поддержите и помогите мне сейчас в моих действиях».
Из рецензии на спектакль: «Некоторым, наверное, захочется посетовать на то, что в инсценировке сохранились лишь «обрезки» перенасыщенного людьми и событиями романа Достоевского, но никто не может отрицать, что в результате получился ЖИВОЙ ТЕАТР. Франсиско Собрадо в образе бедного студента Раскольникова подцепил меня с первой минуты на крючок, с которого я уже не мог сорваться, подчиняясь его захватывающей игре. Собрадо ходит колесом, стоит на руках, кувыркается и что-то пишет на грязно-желтой бумаге, которой обклеены стены – лихорадочность и чувство клаустрофобии, навязчивые речи о праве человеке на преступление и праве жертвовать людьми ради большой цели – все это производят сильное впечатление. Сцена, в которой он читает письмо от матери, сделана блестяще».
Покоряет то, что все режиссерские «находки» не просто существуют сами по себе, демонстрируя богатство фантазии постановщика, но они, переплетаясь, создают органичную картину больного воспаленного сознания героя, его энергию, приобретающую такие причудливые формы. Сцены смонтированы так, что не сразу и понятно, произошло ли уже убийство до начала действия или оно только репетируется, и Раскольников просто «примеряет» на себя роль убийцы. Герой рассказывает о совершенном преступлении, но его рассказ не совпадает с тем, что мы видим. Окровавленные тряпки старухи — это гирлянда ярких цветных шарфов, которые он как фокусник достает из рукавов, а демонстрируя следы крови на собственной одежде, Раскольников показывает зрителям сияющий белизной носок. Перед нами скорее ПРОЦЕСС превращения человека в убийцу. Первый шаг на пути к этому – ситуация с семьей Мармеладова. Второй — письмо от матери. Раскольников в бешенстве, его раздражает человеческая слабость, почему человек не борется против несправедливости. Кульминация происходит в сцене сна – убийство лошади. Если до этого ему еще страшно, он все время мается и боится стать убийцей, отшатывается от кажущейся ему крови, то здесь он уже созрел для убийства. Происходит опьянение кровью, как у боксера во время матча. Он срывает со стола красную скатерть и этим красным полотнищем, то ли флагом, то ли хлыстом, стегает воображаемую лошадь до смерти.
В спектакле много музыки и звуковых «находок» — голосовые перепады на крещендо и диминуэндо, взрывы «subbito» и такая же неожиданная тишина. Контрастные чувства, контрастная звуковая палитра... Сочетание произведений Шостаковича и Шнитке, тяжелого рока и псалмов. Убийство старухи-процентщицы, превращенное «вывернутостью» драматургической композиции в финальную сцену спектакля, предваряется еще одним сценическим эффектом. Раскольников моет руки в тазу с водой, которая каплями стекает по его рукам. Неожиданно эта чистая и прозрачная вода начинает красить его руки, превращая их в окровавленные. Но и это еще не само убийство. Действие идет как бы «задом наперед». Сам факт убийства произойдет через несколько минут: Раскольников сидит на авансцене и бьет в африканский барабан, бьет все сильнее и ожесточеннее, под этот барабанную дробь он рассказывает об убийстве — он приближается к старухе, грохот нарастает... И тишина... И мрак...
C.К. На твоем спектакле много молодежи. Откуда такой интерес у молодых к Достоевскому? Они что, «проходят» «Преступление и наказание» в школе, в гимназии? Хотят познакомиться таким образом с романом?
Е.Г. Я думаю, что просто тема очень современная сегодня. Молодежь в Европе все меньше чувствует себя частью общества, острее ощущает свою ненужность, больше половины безработных у нас — молодежь. Они становятся все более радикальными, то камни бросают, то машины жгут... Это большая проблема нашего общества.
С.К. Тебе пришлось работать и с русскими актерами и со шведскими. Причем везде в качестве «своей», а не иностранки. И со своими ровесниками. Что ты можешь сказать о сходстве и разнице в работе с актерами?
Е.Г. Тут есть свои плюсы и минусы. С одной стороны, у тех русских исполнителей, с кем я встречалась, часто возникало сразу много своих идей, и они с первой минуты начинали подвергать сомнению все идеи режиссера. Шведские актеры более послушны и прежде, чем предлагать что-то свое, готовы согласиться с твоими идеями и попробовать. С другой стороны, недостаток этой ситуации в том, что режиссер тоже иногда ждет предложений от актера и хочет пополнять и наполнять образ за счет эмоций и желаний самого актера.
Отношение к работе здесь более ответственное, дисциплина лучше. Да, люди хотят соблюдать рабочий график, иметь перерывы, заканчивать без задержек, но зато время не тратится попусту, все вовремя приходят и уходят, 8 рабочих часов люди работают, не болтают, не пьют водку за кулисами и не ждут. Это требует и от режиссера и от актеров готовности к репетиции, организованности, не ожидания специальных «порывов вдохновения». Об этом очень хорошо написал Бергман.

Фотогалерея


Комментарии

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Мы не любим общаться с роботами. Пожалуйста, введите текст с картинки.

Новости

16 февраля 2015

Дорогие друзья!

К сожалению, непростое с точки зрения сегодняшней экономики время, так или иначе отозвавшееся во всем, коснулось и нас. Начиная с 2015 года журнал «Иные берега» будет выходить только в электронном виде.
Надеемся, что это не помешает вам следить за нашими публикациями с прежним интересом и вниманием. Конечно, всегда приятно взять в руки с любовью изданный журнал и слушать шелест страниц, но... молодые поколения уже настолько привыкли к электронному способу общения и получения информации, что, может быть, и многие из них станут такими же верными поклонниками «Иных берегов», какими стали за годы существования журнала представители старших поколений.
До встречи в виртуальной реальности!
 
Наталья Старосельская
24 октября 2012

Дорогие друзья!

Приносим свои извинения в связи с задержкой публикаций на сайте в связи с техническим сбоем.

Мы делаем всё возможное!

15 марта 2010

15 марта пришла весть горькая и страшная — не стало Татьяны Владимировны Загорской, изумительного художника-дизайнера, отличавшегося безукоризненным вкусом, любовью к своему делу, высоким профессионализмом.

На протяжении долгих лет Татьяна Владимировна делала журнал «Страстной бульвар, 10» и делала его с таким пониманием, с таким тонким знанием специфики этого издания, с такой щедрой изобретательностью, что номер от номера становился все более строгим, изящным, привлекательным.

В сентябре 2009 года Татьяна Владимировна перенесла тяжелую операцию и вынуждена была отказаться от работы над «Страстным бульваром», но у нее оставалось еще ее любимое детище — журнал «Иные берега», который она придумала от первой до последней страницы и наполнила его своей высокой культурой, своим щедрым и светлым даром. Каждый читатель журнала отмечал его неповторимое художественное содержание, его стиль и изысканность.

Без Татьяны Владимировны очень трудно представить себе нашу работу, она навсегда останется не только в наших сердцах, но и на страницах журнала, который Татьяна Загорская делала до последнего дня с любовью и надеждой на то, что впереди у нас общее и большое будущее...

Вечная ей память и наша любовь!

25 декабря 2009

Дорогие друзья!
С наступающим Новым Годом и Рождеством!
Позвольте пожелать вам, мои дорогие коллеги, здоровья и благополучия! Радости, которое всегда приносит вдохновенное творчество!
Мы сильны, потому что мы вместе, потому что наше театральное товарищество основано на вере друг в друга. Давайте никогда не терять этой веры, веры в себя и в свое будущее.
Для всех нас наступающий 2010 год — это год особенный, это год А. П. Чехова. И, как говорила чеховская героиня, мы будем жить, будем много трудиться, и мы будем счастливы в своем служении Театру, нашему прекрасному Союзу.
Будьте счастливы, мои родные, с Новым Годом!
Искренне Ваш, Александр Калягин

***
Праздничный бонус:
Новый год в картинке
Главные проекты-2010 в картинке
Сборник Юбилеи-2010 в формате PDF

27 октября 2008

Дорогие друзья, теперь на нашем сайте опубликованы все номера журнала!
К сожалению, архивные выпуски доступны только в формате PDF. Но мы
надеемся, что этот факт не умалит в ваших глазах ценности самих
текстов. Ссылку на PDF-файл вы найдете в Слове редактора, предваряющем
каждый номер. Приятного и полезного вам чтения!