Взаимопонимание как символ веры нового века

Взаимопонимание как символ веры нового века

 
Современная мультикультурная цивилизация нуждается в объединяющем, доброжелательном, примиряющем слове, без которого не возможен ни полноценный диалог, ни подлинная самореализация как отдельного индивида, так и социума в целом. Литература и искусство, аккумулирующие самое глубокое и красивое, что есть в природе человека, способны дать слово мира и добра, в котором, как в пряном весеннем воздухе, нуждаемся все мы от мала до велика, расселившиеся по четырем сторонам света, такие разные, но одинаково открытые языку дружбы и любви.
Международный фестиваль камерных и моноспектаклей «LUDI» уже в пятый раз создает свободное пространство для творческого диалога людей со всего света, которые при помощи универсальных инструментов общения - живого слова и образа говорят, по сути, о двух главных вещах: о красоте нашего мира и том, как противостоять злу, которое стремится осквернить эту красоту. Национальный театр Люксембурга, Компания Гислана Русселя, Великое Герцогство Люксембург; Национальный драматический театр Литвы, Вильнюс; театр «Русская сцена» Берлин, Германия; «ТЕАТР 19» Харьков, Украина; TheNepheshTheatre (театр «Нефеш») Тель-Авив, Израиль и другие замечательные театры в первую неделю апреля обеспечили орловцам высокий интеллектуальный градус жизни.
Наряду с жанровой и стилевой полифонией приоритетной для фестиваля остается первоклассная драматургия. Фестиваль «LUDI» держит марку: неизменно высокий художественный уровень постановок, насыщенная, необычная программа, заточенная не на ожидания зрителя, а ему «на вырост», всегда позитивный, теплый, душевно комфортный контент.
В этом году фестиваль решено было провести весной, и в этом есть своя изюминка. Весна – время надежд, когда «планов наших громадье» счастливо сочетается с пробудившейся энергией для их реализации. Это самая романтичная пора года: когда еще люди отрываются от экранов своих смартфонов, чтобы послушать пение птиц…
В первый конкурсный день ТЮЗ представил премьерный спектакль нынешнего сезона «Украденное счастье» в постановке литовского режиссера Линаса Зайкаускаса по выдающейся драме украинского писателя, поэта, публициста Ивана Франко. Эта вещь известна и любима на Украине. Пьесу повсеместно ставят в украинских театрах, в России же с ней почти незнакомы. А ведь именно за это произведение, написанное Иваном Франко в конце XIX века, его выдвигали на Нобелевскую премию. Но скорая кончина автора помешала присуждению (премию, как известно, вручают только при жизни номинанта).
Пьеса была написана на конкурс драматургических произведений, объявленный в 1891 году Исполнительским органом Львовского сейма, однако увидеть ее на сцене Франко смог только после того, как сделал ряд изменений, указанных конкурсной Комиссией, выполнявшей роль цензора. Пришлось изменить заглавие (первоначальное было «Жандарм») и даже вымарать главное действующее лицо - отрицательного персонажа-жандарма, иначе пьесу бы не пропустили как «аморальное произведение».
Жюри конкурса почти два года задерживало драму «Украденное счастье» и, тем не менее, вынуждено было дать ей премию, но лишь третью. В таком искаженном виде пьеса была показана в сезон 1893—1894 года в Каменке-Струмилово. В Львове драма впервые была поставлена 16 ноября 1893 года и имела большой успех.
Ныне социально-психологическая драма «Украденное счастье» – уже классика, но классика, не утратившая дерзости, остроты современного произведения.
Линас Зайкаускас адаптировал пьесу для решения своих творческих задач. Он сосредоточился на конфликте не социальном, а межличностном, где в основе - любовный треугольник, в душной клетушке которого столкнулись три сильных характера, три несчастные, изломанные людьми и обстоятельствами судьбы. Режиссер не ставил перед собой задачи в подробностях обрисовать реальную жизненную обстановку галицкого села, дабы не отвлекать зрителя от сюжета, от опасной игры с запозданием получивших вольную страстей. На этот эффект работает и аскетичная сценография (Зайкаускас – сторонник минимализма).
Благодаря его усилиям, украинская пьеса стала близка и понятна русскому зрителю. Многие признали, что все увиденное со сцены во многом соответствует русскому характеру.
События в драме разворачиваются вокруг трех центральных персонажей: Анны (Светлана Нарышкина), ее мужа Миколы Задорожного (Валерий Лагоша) и жандарма Михаило Гурмана (Сергей Пузырев).Из случайного разговора Анна узнает, что Михаило, которого она когда-то любила, жив и приехал в их село. Весть о его возвращении повергает молодую женщину в шок. Она возмущена подлостью и жестокостью своих братьев, которые ее «обманули, надули, будто кота в мешке продали», убедив, что Михаило погиб.
Братья насильно выдали Анну замуж за работягу-батрака, чтобы завладеть приданым сестры. Участь возлюбленного Анны тоже не завидна: честного, трудолюбивого парня, сына бедной вдовы, тем же нечистым на руку людям удается отправить в солдаты, предупредив напоследок, что его союз с Анной не возможен. И вот спустя несколько лет Михайло, уже не бесправный, вынужденный рассчитывать лишь на свои силы молодой человек, а жандарм – представитель власти, фигура вполне себе одиозная, в представлении простых селян воплощающая личный произвол и почти неограниченную власть, возвращается туда, где у него украли право на счастье, обманули, лишили самого дорогого, что было в жизни. Михайло намерен вернуть украденное.
Все трое персонажей оказались объектами грязных манипуляций, жертвами насилия. А насилие порождает только насилие. У жестокости нет альтернативы: оно несет с собой лишь деструкцию и хаос. Циничный обман, жизнь в солдатах, затем война и, наконец, жандармская служба перекраивают натуру молодого человека, пестуя крутой нрав и безжалостность. Порою, он становится подобен тем призрачным демонам ночи из стихотворения Федерико Гарсиа Лорки «Романс об испанской жандармерии»:
Их кони черным-черны,
и черен их шаг печатный.
На крыльях плащей чернильных
блестят восковые пятна.
Полуночны и горбаты,
несут они за плечами
песчаные смерчи страха,
клейкую мглу молчанья.
Надежен свинцовый череп -
заплакать жандарм не может;
затянуты в портупею
сердца из лаковой кожи.
Беспощадность воссоединившихся влюбленных к беспомощному, по сути, Миколе – тоже отголосок прошлого. Они словно хотят отомстить ему за годы разлуки и темные перспективы будущего. Микола же любит и уважает жену и готов закрыть глаза, забыть о случившемся, лишь бы вернуть ее расположение.Он не так прост, как кажется. Он - вещь в себе. Этот человек обладает природным умом и умеет быть преданным. Микола и Михайло, на самом деле, братья по несчастью, ставшие злою волей корыстных людей смертельными врагами.
Тем не менее, один грех против любви муж Анны совершил: женился на девушке, которая любила другого.
Анна – самая сильная фигура в этой игре без правил. Волевая, умная, смелая. С одной стороны, безоглядная, с другой, решительная и непреклонная. Натура исключительная. В душевной бескомпромиссности она безупречна, ведь ее главная ценность – любовь, ради которой эта женщина жертвует своей жизнью и добрым именем. Анна воплощает двойственный тип святой грешницы или святой блудницы. Есть в ней и моменты вульгарности, некоторая моветонность – ибо ей приходится выходить за границы. За границы своих собственных и принятых в косном, посконно-суконном обществе представлений о любви, браке, правах женщины в социуме. Однако бесстыдство делает ее прекрасной.
Она, как и Михайло, ясно сознает, на что идет. Сны и те не дают ей забыться, предвещая скорые удары судьбы. Да и все происходящее с героями более всего похоже именно на сон, горячечный, яркий, незабываемый.
Эта важная тема неутоленной, недовоплощенной любви делает пьесу неотразимо притягательной.
Несмотря на то, что с самого начала трагический финал персонажей был очевиден, они боролись, пытаясь хоть на миг ухватиться за краешек «украденного счастья». А то, что они не простили самих себя – залог их нравственного бессмертия.
Впрочем, взволнованный зритель простит наверняка: ассоциируя себя с кем-то из персонажей, в глубине души признает его правоту более легитимной, ибо если человек страдает, то ему кажется, что он страдает больше других…
Спектакль «Украденное счастье» Орловского театра для детей и молодежи «Свободное пространство» победил в номинации «Лучший спектакль большой формы».
В программе фестиваля был представлен выдающийся спектакль Национального театра Люксембурга «Монокль. Портрет Сильвии фон Харден» в постановке Стефана Гислана Русселя. Он же - автор пьесы «Monocle, PortraitDeS. VonHarden», 2010.
Эта монодрама выстроена по принципу «картина в картине». На изысканном, эксцентрично претенциозном театральном полотне резкими, экспрессивными мазками в обрамлении сизого сигаретного дыма проступает образ молодой дамы. Образ женщины-загадки, пугающий, и, одновременно, интригующий своей необычностью.
Хотя имя ее не секрет. На винтажном венском стуле в напряженной, сосредоточенно графичной позе восседает Сильвия фон Харден, немецкая журналистка и поэт, получившая широкую известность благодаря портрету Отто Дикса, который создал его в 1926 году. Роль Сильвии блистательно исполняет актер Люк Шильц.
Дама позирует художнику и одновременно делится с ним впечатлениями и размышлениями о своей жизни – в этом костяк сюжета. Но, дьявол, как говорят, в деталях. Все дело в своеобычности этой личности, как особого социального и культурного феномена, в характере ее образа жизни. С одной стороны, она олицетворяет крайне категоричный взгляд художника на человека своей эпохи. Он выносит приговор запутавшемуся в вызовах времени, морально дезориентированному современнику, который жалкой марионеткой дергается на прицеле у маскулинного бога войны.
Дело в том, что 1926 год входит в так называемые «золотые двадцатые» Веймарской республики, т.е. время, когда республика достигла определенного уровня стабильности, восстановила экономику и добилась международного признания. Это была короткая передышка после тяжелейших лет Первой мировой и последовавшего затем обнищания населения вследствие гиперинфляции и репараций, которые были не только тяжелейшим финансовым, но и психологическим бременем. Спустя несколько «золотых» лет последовал Мировой финансовый кризис, затем к власти пришли национал-социалисты, что привело к крушению Веймарской республики уже в 1933 году.
Веймарская республика оказалась одним из наиболее творческих и экспериментаторских периодов в культурном развитии Германии. В ту лучшую веймарскую пятилетку возникло интересное художественное течение, названное Густавом Хартлаубом «новой вещественностью», специфический реализм которого он связывал с: «повальными настроениями цинизма и покорности судьбе, которые охватили немцев после того, как обратились в прах их радужные надежды на будущее (они-то и нашли себе отдушину в экспрессионизме). Цинизм и покорность судьбе составляли отрицательную сторону «новой вещественности». Положительная сторона заключалась в том, что к непосредственной действительности относились с повышенным интересом, поскольку у художников возникло сильное желание воспринимать реальные вещи такими, какие они есть, безо всяких идеализирующих или романтических фильтров».
Вот этим-то аналитическим, бескомпромиссным взглядом Отто Дикс сканирует свою модель, хладнокровно препарируя ее многочисленные слабости и недостатки. Он пишет представительницу богемы, пресыщенную, но, вместе с тем, алчущую; манерную, и, в то же время, откровенную; стремящуюся покончить со своей женственностью, но при этом по-женски вульгарную.
Люк Шильц передает трактовку Отто Дикса, и, одновременно, представляет этот типаж как вневременной: ведь людей, имеющих сходную рефлексию с женщиной на полотне, можно встретить и в наше время, и не только в богемной среде.
В цветовой композиции преобладает красный: алая помада, красное платье, коктейль цвета крови… Помещенные в эстетическое пространство квазибытия героини эти тревожные символы указывают, что дальше пути нет и недвусмысленно прослеживаются в канве повествования.
В устах героини текст вторичен. Слова не несут значительной смысловой нагрузки. Пластикой и филигранной работой с голосом актер раскрывает сумбурный внутренний мир персонажа. Судорогу духа передает судорога тела: одеревеневшие, будто кукольные части тела модели двигаются принужденно и очень картинно; в голосе чрезмерная эмоциональность, восторженность. Кажется, она пытается скрыть что-то болезненное, а, может, неосознанное, вытесняемое в тьму подсознания. Ведь, повторюсь, эта муза полна загадок и недосказанности.
Создателям спектакля «Монокль» удалось раскрыть новые грани персонажа картины Отто Дикса. Поначалу, внимая из зрительного зала монологу немецкой журналистки, как и положено, упираешься взглядом в холодный стеклянный глаз без блеска – монокль на ее лице, вдыхаешь дым ее сигаретки со следами алой помады на фильтре, но вслед за тем, разгадав за этим стеклышком отчаянный взгляд раненого олененка, обнаруживаешь на месте светской львицы маленькую, испуганную девочку, которая в растерянности стоит посреди огромного, грозного, непонятного ей мира и не знает, что делать.
В итоге, проникаешься глубоким сочувствием к этому внешне неприятному персонажу с картины немецкого экспрессиониста, поскольку мы сами во многом такие же алогичные, нелепые странники по затянувшейся переходной эпохе.
Жюри признало «Монокль. Портрет Сильвии фон Харден» «Лучшим спектаклем малой формы». В номинации «Лучшая мужская роль» по версии молодежного жюри победил исполнитель роли Сильвии фон Харден – Люк Шильц.
Театр «Нефеш» (Тель-Авив, Израиль) показал спектакль «Один из рода».
Честно говоря, поначалу самым манким и интригующим обстоятельством, побудившим выкроить время для посещения этого спектакля, был удивительно яркий, запоминающийся актерский состав, заявленный в программке фестиваля: «...уникальный по экзотике ансамбль артистов-эфиопов…» - ну не в диковинку ли такое не слишком избалованному экзотикой жителю средней полосы России. Но скоро выяснилось, что не все то золото, что экзотика, точнее, вовсе не в ней главная изюминка спектакля. Стоило актерам появиться на сцене, как сама собой, исподволь в восприятии произошла естественная в контексте подлинного искусства метаморфоза: то, что казалось экстравагантным, стало вдруг щемяще близким и очень понятным.
История семьи из бедной африканской деревушки, которая наперекор своим страхам, сомнениям, сложным жизненным обстоятельствам, стремится к обретению новых смыслов, к реализации своей мечты, ясна человеку любого цвета кожи и разреза глаз. Более того, национальное своеобразие, отразившееся в танцах, песнях, во всем пространстве визуальной среды спектакля придает свежесть и новизну сюжету. Использование видеопроекций и анимации, транслирующих эмоционально теплые, ироничные, очень позитивные образы, во-первых, подстегивает зрительское воображение, а, во-вторых, позволяет практически сразу добиться кредита доверия аудитории, создать атмосферу психологического комфорта. Недаром название театра, «Нефеш», в переводе с иврита означает «душа»: его дружная команда, действительно, умеет «брать за душу».
Знаете, одним из непременных условий счастья, согласно суфийской философии, является возможность просто посидеть рядом с друзьями или любимыми людьми. Неважно, чем ты занят: восторг приходит от того, что ты окружен теми, с кем тебе хорошо.
Так вот за тот час, что шел спектакль, зрители успели полюбить его героев, честных, смелых, порой смешных, порой самонадеянных, но искренне верящих и живущих надеждой на лучшее. Им, вправду, было здорово ощущать себя в этом дружном кругу. Победа героев над собой, над тяготами 700-километрового пути на свою новую родину в Израиль, стала и победой зрителя, сопереживавшего им в пути.
Несмотря на то, что спектакль не был номинирован, приз в виде благодарных зрительских сердец, который тоже дорого стоит, коллектив театра, несомненно, получил.
«Гран-При» 5-го Международного фестиваля камерных и моноспектаклей «LUDI-2014» получил спектакль «Пиковая дама» в постановке Олега Жюгжды Гродненского областного театра кукол (Республика Беларусь). Он же, по мнению молодежного жюри, стал «Лучшим спектаклем на большой сцене». Победителю фестиваля вручили ладью, призовой знак, разработанный художником Марией Михайловой совместно с израильскими дизайнерами.
Без преувеличения, все: и стар, и млад, были покорены этим театральным чудом с толикой волшебства и прищуром в детство. В мистификации по мотивам повести А.С.Пушкина и оперы П.И.Чайковского не только затейливо переплелись сюжетные коллизии обоих шедевров, но также были со вкусом сдобрены режиссерской фантазией и иронией, не покусившейся, тем не менее, на либретто. По ходу спектакля зрителя ожидает немало сюрпризов, и один из них — появление в нем, на правах полноправных участников, Александра Сергеевича и Петра Ильича собственной персоной. Их бурный диалог, неминуемо перерастающий в творческий поединок, энергия, кипучий темперамент заставляют аудиторию пристальнее вглядеться в создаваемых ими персонажей и, наконец, влюбиться в них с той же страстью, которую испытывают к ним их создатели.
В спектакле участвуют актеры: Лариса Микулич, Александр Енджеевский, Александр Ратько и Владимир Леонов. Они же выступают в роли артистов-кукловодов, оживляя кукол-марионеток: Лизу, Германна и Графиню. Благодаря высочайшему профессионализму мастеров из Гродно, ничто не сковывает стремительно развивающегося действия: куклы живут, как кажется, сами по себе, становясь точкой сборки для двух параллельных вселенных по обе стороны рампы.
«Лучшей работой режиссера» был признан спектакль «Костюмер» режиссера Александра Михайлова по одноименной пьесе Рональда Харвуда (Орловский государственный академический театр им. И.С.Тургенева). В той же номинации заслуги режиссера были отмечены и молодежным жюри.
Александр Михайлов перевел пьесу сам: перевод Юрия Кагарлицкого не вполне соответствовал режиссерским задачам.
Публике, расположившейся прямо на сцене лицом к зрительному залу, ставшей соглядатаем изнанки театрального быта и бытия, рассказали жесткую, горькую историю об оборотной стороне мессианского служения. Историю о трагической природе большого дарования, которое, возможно, подарит его обладателю мгновения подлинного счастья и ощущение свободного полета в распахнутых навстречу миру руках, но взамен властно потребует всю жизнь целиком, все силы без остатка. А еще сделает заложником презабавного парадокса: с одной стороны, лишит покоя, окружив избранника массой в основном далеких ему по духу людей, которые его плохо понимают, зато бойко судят и глубоко ему завидуют, а, с другой, оставит его в полном одиночестве на священной вершине его гения, где он, облаченный в мантию, с короной на высокородных сединах, будет, временами с иронической усмешкой, а чаще с ужасом, наблюдать за смертельными ставками, которые делают люди в игре под названием Жизнь. И все, что он сможет сделать – это потом, кровью и силой своего дара попробовать открыть людям глаза на последствия их поведения. Зная при этом, что чуда не произойдет… Но поскольку гений – это крест, становящийся с годами все тяжелее, а смягчение сердец человеческих – цель нежнейшая, но требующая танталовых мук для ее достижения, он не может поступить иначе.
Народный артист России Петр Воробьев (сэр Джон) превосходно передает сложнейшую гамму чувств и страстей. Он и есть сэр Джон, венценосный и трагический. Андрей Царьков убедителен в роли костюмера Нормана. Фанатично преданный взыскательному, амбициозному, тяжелейшего характера премьеру, этот труженик театра, человек острого ума, одаренный тонким пониманием духовного и эмоционального состояния ближнего, теряет смысл жизни, когда из нее уходит тот, кто был ее основным содержанием.
Нельзя не отметить и прекрасную актерскую работу заслуженного артиста России Николая Чупрова (Джеффри Торнтон). Трогательный наив человека чистой души, чудака-романтика, стремящегося к театру как к временному убежищу от грозных житейских обстоятельств, обступивших его, вызвал особое сочувствие аудитории.
Однако неоспоримой, несмотря на все тяготы и лишения, остается одна универсальная константа искусства – умение обращать чей-то отчаянный крик о помощи, одинокое страдание затерянного в толпе человека в общее чаяние, в созидательное, объединяющее всех дело преумножения добра, понимания и гармонии в этом мире. Международный фестиваль камерных и моноспектаклей «LUDI» пятый год успешно реализует эту подвижническую сверхзадачу.
 

ФОТО: Photo Laurencine Lot © Laurencine Lot - Compagnie Ghislain Roussel-TNL;
а также Олеси Суровых


Фотогалерея


Комментарии

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Мы не любим общаться с роботами. Пожалуйста, введите текст с картинки.

Новости

16 февраля 2015

Дорогие друзья!

К сожалению, непростое с точки зрения сегодняшней экономики время, так или иначе отозвавшееся во всем, коснулось и нас. Начиная с 2015 года журнал «Иные берега» будет выходить только в электронном виде.
Надеемся, что это не помешает вам следить за нашими публикациями с прежним интересом и вниманием. Конечно, всегда приятно взять в руки с любовью изданный журнал и слушать шелест страниц, но... молодые поколения уже настолько привыкли к электронному способу общения и получения информации, что, может быть, и многие из них станут такими же верными поклонниками «Иных берегов», какими стали за годы существования журнала представители старших поколений.
До встречи в виртуальной реальности!
 
Наталья Старосельская
24 октября 2012

Дорогие друзья!

Приносим свои извинения в связи с задержкой публикаций на сайте в связи с техническим сбоем.

Мы делаем всё возможное!

15 марта 2010

15 марта пришла весть горькая и страшная — не стало Татьяны Владимировны Загорской, изумительного художника-дизайнера, отличавшегося безукоризненным вкусом, любовью к своему делу, высоким профессионализмом.

На протяжении долгих лет Татьяна Владимировна делала журнал «Страстной бульвар, 10» и делала его с таким пониманием, с таким тонким знанием специфики этого издания, с такой щедрой изобретательностью, что номер от номера становился все более строгим, изящным, привлекательным.

В сентябре 2009 года Татьяна Владимировна перенесла тяжелую операцию и вынуждена была отказаться от работы над «Страстным бульваром», но у нее оставалось еще ее любимое детище — журнал «Иные берега», который она придумала от первой до последней страницы и наполнила его своей высокой культурой, своим щедрым и светлым даром. Каждый читатель журнала отмечал его неповторимое художественное содержание, его стиль и изысканность.

Без Татьяны Владимировны очень трудно представить себе нашу работу, она навсегда останется не только в наших сердцах, но и на страницах журнала, который Татьяна Загорская делала до последнего дня с любовью и надеждой на то, что впереди у нас общее и большое будущее...

Вечная ей память и наша любовь!

25 декабря 2009

Дорогие друзья!
С наступающим Новым Годом и Рождеством!
Позвольте пожелать вам, мои дорогие коллеги, здоровья и благополучия! Радости, которое всегда приносит вдохновенное творчество!
Мы сильны, потому что мы вместе, потому что наше театральное товарищество основано на вере друг в друга. Давайте никогда не терять этой веры, веры в себя и в свое будущее.
Для всех нас наступающий 2010 год — это год особенный, это год А. П. Чехова. И, как говорила чеховская героиня, мы будем жить, будем много трудиться, и мы будем счастливы в своем служении Театру, нашему прекрасному Союзу.
Будьте счастливы, мои родные, с Новым Годом!
Искренне Ваш, Александр Калягин

***
Праздничный бонус:
Новый год в картинке
Главные проекты-2010 в картинке
Сборник Юбилеи-2010 в формате PDF

27 октября 2008

Дорогие друзья, теперь на нашем сайте опубликованы все номера журнала!
К сожалению, архивные выпуски доступны только в формате PDF. Но мы
надеемся, что этот факт не умалит в ваших глазах ценности самих
текстов. Ссылку на PDF-файл вы найдете в Слове редактора, предваряющем
каждый номер. Приятного и полезного вам чтения!