Писатель, журналист, коммерсант

Писатель, журналист, коммерсант

 

Книга В.П. Крымова «Богомолы в коробочке» появилась в Хабаровской научной библиотеке в 1940-м. Спустя четыре года из старого здания, в котором библиотека располагалась с дореволюционных времен, вместе со всем книжным фондом она переехала в нынешнее помещение и попала в отдел краеведческой литературы, в фонд ценных и редких изданий. Чем же привлекла внимание эта невзрачная, в грубоватом, явно «не родном» переплете, напечатанная на плохой желтой бумаге книга? Как попала в Хабаровск изданная в 1921 году в Берлине книга русского эмигранта? Этого мы, наверное, никогда не узнаем. Можно только предположить, что принесли ее, видимо, из чьего-то личного собрания, поскольку штампов других библиотек на ней нет. Нет и экслибриса или владельческой подписи.

Автор книги Владимир Пименович Крымов не стал популярным писателем в России, но зато знаменит был как коммерсант и успешный издатель. Родился он в 1878 году в городе Динабурге тогдашней Витебской губернии, ныне это город Даугавпилс в Латвии, жил без отца в среде староверческой родни, не баловавшей мальчика любовью и лаской. «Меня окружала в детстве среда, где стремились к накоплению, — вспоминал позже В. Крымов, — все заботились об увеличении своего состояния, хотя бы и мизерного; лично у меня в моей семье, где была только моя мать-вдова и я — единственный сын-мальчишка, мы думали не о накоплении, а как бы кое-как дотянуть на том, что есть, однако, видимо, преобладающее настроение окружающих влияло на мои детские сны...»

Детство, прожитое в бедности, наложило отпечаток на всю его последующую жизнь. Учась в реальном училище, а затем в Петровско-Разумовской сельскохозяйственной академии, Крымов стремился к знаниям с большим рвением, но сельским трудом никогда не занимался. «Так как я хотел стать богатым, то окончивши с отличием высшее агрономическое учебное заведение, сразу и навсегда решил никогда не заниматься сельским хозяйством», —писал он.

Еще в академии начал печатать в московских газетах статьи и заметки, в том числе о Всемирной выставке в Париже 1900 года. Пробовал проявить свои наклонности на разных поприщах, занимался коммерцией, где весьма преуспел, но нашел себя в журналистике. Перебравшись в Петербург, работал у А.С. Суворина в «Новом времени» коммерческим директором. Как преуспевающий журналист стал появляться в высшем свете, получил доступ в салоны петербургской аристократии, был знаком с членами царской фамилии. С помощью этих связей ему удалось наладить собственное дело, которое принесло деньги и славу.

Крымов стал издавать глянцевый, на дорогой мелованной бумаге журнал «Столица и усадьба», на страницах которого не было никакой политики и сплетен, а лишь блестящая великосветская жизнь и роскошные иллюстрации. Журнал имел оглушительный успех и быстро раскупался, но в 1917 году его «звезда закатилась».

Срочно переведя весь свой капитал в Швецию, В. Крымов с женой выехал из России. В первом классе сибирского экспресса пересек всю Сибирь и через Японию отправился в кругосветное путешествие. Жена Михаила Афанасьевича Булгакова Л.Е. Белозерская в своих мемуарах «О, мед воспоминаний» писала о Крымове: «Из России уехал, как только запахло революцией, «когда рябчик в ресторане стал стоить вместо сорока копеек — шестьдесят, что свидетельствовало о том, что в стране неблагополучно»,— его собственные слова. Будучи богатым человеком, почти в каждом европейском государстве он приобретал недвижимую собственность, вплоть до Гонолулу».

Побывав в Корее, Японии, США, Марокко, на Гавайях, в Китае, Цейлоне, Порт-Саиде, с февраля 1918 года он в итоге обосновался с женой в Берлине. Здесь же в 1921 году вышла книга об этом путешествии «Богомолы в коробочке». К этому времени В. Крымов был уже автором нескольких художественных книг, которые с удовольствием раскупали читатели, но никак не принимали писатели и литературные критики. Каждую его новую книгу они встречали в штыки, хотя и признавали в нем талант. И тем не менее, в 1933 году, когда в Берлине увидела свет его трилогия «За миллионами», имя Крымова стояло на втором месте по количеству выданных книг в парижской Тургеневской библиотеке, оставив далеко позади себя и Бунина, и Куприна, и Чехова. Надо отметить, что все свои книги Крымов издавал за свой счет. Прозаик и мемуарист Василий Яновский признавался: «Крымов был несомненно талантливым литератором, с культурой языка. Но беда в том, что купцом он оказался гениальным, и это действовало на нас, искривляя перспективу».

Книга «Богомолы в коробочке» была встречена литературным сообществом более благосклонно. Может быть потому, что это было не художественное произведение, а размышления автора об увиденном в экзотических для европейцев странах. Современники о ней писали: «Книга, которую читаешь с неослабевающим интересом. Один за другим следуют очерки путевых впечатлений, которые пришлось сделать автору за два года его странствий по Дальнему Востоку, Тихому океану и Америке.

Очерки эти написаны ярко… получается красочная «мозаика земли». Главное достоинство этой книги в том, что она оставляет у читателя бодрое настроение: как разнообразна наша земля и как часто мы склонны в наивном самомнении преувеличивать нашу европейскую жизнь» (Ященко А. Русская книга (Берлин), 1921, № 5).

«Богомолы в коробочке» — это не классическое стройное описание путешествия в форме дневника. Крымов искал новые литературные формы. В предисловии к книге он сообщал, что перемешал всевозможные пустяки и путевые байки с серьезными раздумьями на разные темы без всякого порядка, что является обычным стилем автора, от которого он не собирается отходить при написании своей очередной книги.

Книга открывается главой под названием «Корея. Сахалин». Описывая остров, автор отмечает, что японцы, получив Сахалин после победы в Русско-японской войне, очень активно стали его осваивать. «Образовано 160 новых поселков. Строятся дороги. Из страны ужаса, русской каторги, скоро будет культурный край, не смотря на трудные климатические условия». Сахалину и Японии автор посвятил много страниц своей книги. Здесь и размышления о том, чего лишилась Россия с потерей Сахалина, и история взаимоотношений Японии с другими государствами в XIX веке, и бытовые зарисовки, и элементы этнографических описаний, и оригинальные рассуждения о своеобразии японского искусства. Восхищаясь японской деревянной гравюрой, он как-то иронично пишет о скудности сюжетов местной живописи. «Долго я ходил кругом и около японских картин. Смотрел их и прямо и вкось, и днем и вечером, и в одном настроении и в другом – и не мог постигнуть японской красоты.

Изломанные фигуры, искаженные лица, однообразные надоевшие сюжеты: ландшафт, Будда, японка перед зеркалом, японка любуется вишневыми цветами, группа японок любуется цветами сливы, просто группа японок; японки любуются ирисами, ландшафт с Фуджи и ландшафт без Фуджи, опять ландшафт и ландшафт, опять Будда сидит в лотосе или на павлине, или опять павлин; самураи с искаженными лицами, аисты в тростнике и просто один тростник, японские собачки, ирисы, пионы, цветущие вишни и сливы отдельно, азалии и камелии, боги с тигром, просто боги и просто тигр. Трактовано однообразно, скучно, непонятно для европейского глаза».

Также непривычны для европейца были иероглифы. Они вызывают у автора полное неприятие и раздражение. «Когда я стал знакомиться с иероглифами, они сразу показались мне величайшим абсурдом, но я боялся сказать это. Ведь тысячи лет люди сидели над ними, всю свою китайскую премудрость вложили в них. Может быть я просто не постигаю глубины премудрости. Но чем больше я изучал эту абракадабру, тем все больше чувствовал в себе решимость отбросить всякое почтение к ней. Бред сумасшедшего». Как ни пытался автор найти логику в написании тех или иных иероглифов, ему это не удалось. Чтобы постичь красоту и мудрость китайской письменности, считает В. Крымов, нужно быть китайцем или потратить на это долгие годы жизни.

В 68 главах книги автор излагает впечатления о Гавайских островах, американских гостиницах, американской литературе и американских журналистах в сравнении с европейскими. Путешествуя по странам Восточной Азии, поражается иному мировоззрению и иным, чем у европейцев, нравам в Индокитае, Сиаме, Камбодже, Цейлоне…

В главе «Всеобщая история» и богомолы» мы находим объяснение и необычному названию книги В. Крымова. Он пишет: «У меня было семь богомолов. В течение дня пятерых съели их же товарищи. Ели они друг друга не с голоду, потому что туда же было посажено несколько бабочек, кузнечиков и два черных таракана. Этим беззащитным насекомым богомолы пооткусывали головы и поотгрызли по куску туловища — дальше есть не хотелось. Друг друга ели явно из любви к искусству.

Когда осталось два богомола, самых больших, они в течение двух недель ничего не ели, а сидели в угрожающих позах, в противоположных углах коробки и ждали момента, когда можно схватить другого. Несколько раз схватывались, но неудачно, оба начинали грызть друг друга одновременно. Один грыз горло, а другой в то же время выгрызал этому дырку в боку. В конце второй недели один из богомолов обессилил от голода больше другого и тогда этот накинулся на него ночью, в темноте, мертвой хваткой и перегрыз его на две половины. Сам он к тому времени был тоже настолько истощен и изранен, что издох через несколько дней, пооткусывавши головы десятку кузнечиков…

Паршивое насекомое…

В то время, когда богомолы сидели в коробке, я читал «Всеобщую историю». И без всякого притягивания за хвост, без какого-либо писательского манерничанья и натяжки, у меня в голове все время параллель между историей человечества и поведением богомолов…».

Много страниц книги В. Крымова занимают размышления о России, о революционных событиях, о тех последствиях, которые ждут Россию в будущем. «Пока мы богомолы в коробочке — это ужасно, страшно, жалкое человечество, но это так. И строя новую Россию надо это помнить.

Разве в Западной Европе много людей, которые болеют душой о благоденствии России. Так много пишут, так горячо интересуются сейчас Россией, хотят мира и довольства в ней — это потому, что любят нас? Болеют душой за нас? Разумеется, нет. Хотят получить долги, хотят русского хлеба и сырья, хотят опять концессий, хотят заработать деньги на торговле с нами и беспокоятся, чтобы другой не занял места. Будем называть вещи своими именами — тогда вернее, меньше ошибок. А главное, боятся за себя, за свой пирог, который нельзя спокойно кушать, пока у нас вулкан. И те, у кого всегда был самый вкусный пирог — скажем у Англии — разве пожелают поделиться с нами когда-нибудь поровну? Да разве мы и имеем право на те богатства культуры, которые накоплены тут их отцами, дедами и прадедами».

Революционные события в России он называл чисткой, которая выметет все лишнее, освободив место для нового, более чистого, более высокого по духу, которое даст возможность рождения новой культуры. «Культурная Россия» — есть девиз, который должен объединить всех, для кого вообще существуют девизы. Так хотелось бы вместо этого сказать — «культурная Европа», «все люди — братья...». Но рядом, там, в углу коробочки, сидит брат-богомол и ждет и, выбравши удобный момент, бросится и перекусит пополам. И чтобы он не бросился, есть пока одно только средство: быть таким же сильным, как он, или сильнее его».

 

До самой смерти Владимира Крымова в феврале 1968 года его вилла в Шату, куда он перебрался после прихода к власти нацистов в Германии, была одним из самых своеобразных центров русской эмиграции. Этот дом в предместье Парижа, который принадлежал когда-то знаменитой шпионке Мата Хари, а потом не менее знаменитому актеру Максу Линдеру, встречал аристократов, писателей, философов, издателей, художников. Хозяин его всегда был приветлив, щедро кормил гостей, и часто кто-то из неустроенных эмигрантов жил на его вилле. При этом он никогда никому не давал денег ни на какие разорительные эмигрантские проекты. Это многих раздражало, и о хлебосольном хозяине за глаза отзывались недобро.

В. Крымов послужил прототипом богатого и азартного циника Парамона Ильича Корзухина — героя пьесы М. Булгакова «Бег». Однако Л.Е. Белозерская в своих мемуарах писала: «...прототип булгаковского Корзухина был совсем не плохой человек, отнюдь не зациклившийся на процессе делания денег и не лишенный литературных способностей... Вероятно, Булгаков чувствовал, что его самого в эмиграции ждала бы скорее судьба не миллионера Крымова, а Голубкова, Хлудова... и к богатым, ассоциировавшимся прежде всего с хамоватыми советскими нэпманами, питал стойкую неприязнь, вылившуюся в карикатурный образ Корзухина».

В наши дни вновь возник интерес к творчеству и личности писателя, журналиста и коммерсанта В.П. Крымова. На просторах интернета ценители его произведений и жизненной позиции объединились в организационный комитет по подготовке полного интерактивного собрания сочинений В.П. Крымова, создан специальный блог, планируется издание традиционной печатной версии его сочинений в 16 томах. Руководит проектом А.С. Сумароков.


Фотогалерея


Комментарии

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Мы не любим общаться с роботами. Пожалуйста, введите текст с картинки.

Новости

16 февраля 2015

Дорогие друзья!

К сожалению, непростое с точки зрения сегодняшней экономики время, так или иначе отозвавшееся во всем, коснулось и нас. Начиная с 2015 года журнал «Иные берега» будет выходить только в электронном виде.
Надеемся, что это не помешает вам следить за нашими публикациями с прежним интересом и вниманием. Конечно, всегда приятно взять в руки с любовью изданный журнал и слушать шелест страниц, но... молодые поколения уже настолько привыкли к электронному способу общения и получения информации, что, может быть, и многие из них станут такими же верными поклонниками «Иных берегов», какими стали за годы существования журнала представители старших поколений.
До встречи в виртуальной реальности!
 
Наталья Старосельская
24 октября 2012

Дорогие друзья!

Приносим свои извинения в связи с задержкой публикаций на сайте в связи с техническим сбоем.

Мы делаем всё возможное!

15 марта 2010

15 марта пришла весть горькая и страшная — не стало Татьяны Владимировны Загорской, изумительного художника-дизайнера, отличавшегося безукоризненным вкусом, любовью к своему делу, высоким профессионализмом.

На протяжении долгих лет Татьяна Владимировна делала журнал «Страстной бульвар, 10» и делала его с таким пониманием, с таким тонким знанием специфики этого издания, с такой щедрой изобретательностью, что номер от номера становился все более строгим, изящным, привлекательным.

В сентябре 2009 года Татьяна Владимировна перенесла тяжелую операцию и вынуждена была отказаться от работы над «Страстным бульваром», но у нее оставалось еще ее любимое детище — журнал «Иные берега», который она придумала от первой до последней страницы и наполнила его своей высокой культурой, своим щедрым и светлым даром. Каждый читатель журнала отмечал его неповторимое художественное содержание, его стиль и изысканность.

Без Татьяны Владимировны очень трудно представить себе нашу работу, она навсегда останется не только в наших сердцах, но и на страницах журнала, который Татьяна Загорская делала до последнего дня с любовью и надеждой на то, что впереди у нас общее и большое будущее...

Вечная ей память и наша любовь!

25 декабря 2009

Дорогие друзья!
С наступающим Новым Годом и Рождеством!
Позвольте пожелать вам, мои дорогие коллеги, здоровья и благополучия! Радости, которое всегда приносит вдохновенное творчество!
Мы сильны, потому что мы вместе, потому что наше театральное товарищество основано на вере друг в друга. Давайте никогда не терять этой веры, веры в себя и в свое будущее.
Для всех нас наступающий 2010 год — это год особенный, это год А. П. Чехова. И, как говорила чеховская героиня, мы будем жить, будем много трудиться, и мы будем счастливы в своем служении Театру, нашему прекрасному Союзу.
Будьте счастливы, мои родные, с Новым Годом!
Искренне Ваш, Александр Калягин

***
Праздничный бонус:
Новый год в картинке
Главные проекты-2010 в картинке
Сборник Юбилеи-2010 в формате PDF

27 октября 2008

Дорогие друзья, теперь на нашем сайте опубликованы все номера журнала!
К сожалению, архивные выпуски доступны только в формате PDF. Но мы
надеемся, что этот факт не умалит в ваших глазах ценности самих
текстов. Ссылку на PDF-файл вы найдете в Слове редактора, предваряющем
каждый номер. Приятного и полезного вам чтения!