Олег Школьник. Одесский мастер божьих дел

Олег Школьник. Одесский мастер божьих дел

 

Город Одесса, который с легкой руки писателя Георгия Голубенко многие называют «улыбкой Бога», является родиной очень многих известных актеров. Но, как правило, всенародная популярность приходила к ним уже после того, как они уехали из родного города. Исключений из этого правила совсем немного. Из числа ушедших в бессмертие всесоюзно-всенародных кинолюбимцев, до конца своих дней живших и работавших в Одессе, можно назвать, пожалуй, лишь Михаила Водяного — эксцентричного бандита Попандопуло из «Свадьбы в Малиновке» и Бориса Зайденберга — мужественного майора Орлова из киноэпопеи «Освобождение». Из числа ныне здравствующих таковым является актер Одесского академического русского драматического театра, народный артист Украины ОЛЕГ ШКОЛЬНИК. 11 сентября этого года ему исполнилось 60 лет.

Творческая биография юбиляра связана с тремя городами — Москвой, где он с 1973 по 1977 год получал актерское образование в Высшем театральном училище им. Б.В. Щукина, Самарой (в то время Куйбышевым), где он с 1980 по 1988 год служил в труппе академического Театра драмы им. М. Горького, и родной Одессой. В Одессе основным местом службы Олега Школьника является Русский драматический театр. Но своим актера считают и в театре Музкомедии, где он служил несколько лет сразу после Щукинского училища (1987–1990) и с которым сотрудничает и сегодня в качестве приглашенного актера, в частности, исполняя роль папаши Дулитла в мюзикле Ф. Лоу «Моя прекрасная леди».

 

Одессу называют «улыбкой Бога», Олега Школьника — актером от Бога. И так получилось, что его последние по времени работы напрямую связаны с божественной тематикой. В конце 2013 года в Одесском театре русской драмы состоялась премьера моноспектакля «Божьи дела» по произведениям и в постановке Семена Злотникова. Четыре сюжетно независимые друг от друга новеллы этого спектакля объединены единым обстоятельством: их герои, в исполнении Олега Школьника, рассказывают о своих проблемах лично самому Всевышнему. А в этом, 2016 году, в премьере театра Музкомедии — рок-опере И. Хентова «Моисей» по мотивам библейского сюжета Олег Школьник выступил — ни много ни мало — в качестве «голоса Всевышнего». В этом спектакле актер не выходит на сцену, используется лишь записанная им фонограмма. Но сам факт, что вещать от божьего имени создатели спектакля из всех одесских актеров выбрали именно Олега Школьника, говорит о многом.

А если вернуться на 28 лет назад, к дебюту актера в Одесском русском драматическом театре, то в этом контексте мне невольно вспоминается реплика его мятущегося мятежного персонажа: «Я бога хитрей». Эти слова произносит одесский биндюжник Мендель Крик — главный герой пьесы Исаака Бабеля «Закат», поставленной в 1988 году в Одессе Виктором Стрижовым. Именно с этой роли Олег Школьник начал свою многолетнюю службу в Одесской русской драме.

Любопытен тот факт, что никого из рецензентов того, ныне уже легендарного спектакля почему-то совершенно не удивило появление в труппе театра нового, яркого, колоритного актера. В хранящихся в театральном архиве газетных вырезках 1988 года почему-то напрочь отсутствуют слова «дебют» и «дебютант». Очевидно, что актер сразу органично вписался в труппу, на тот момент включавшую в себя широкий ряд выдающихся мастеров. Но зато абсолютно все рецензенты дали дебютной роли Олега Школьника наивысшую оценку.

Вот, например, выдержка из рецензии на «Закат» кандидата искусствоведения Бориса Владимирского: «В очень сильном исполнении тридцатидвухлетнего Олега Школьника шестидесятидвухлетний Мендель не просто воюет с сыновьями, он бунтует против извечного порядка жизни… Влюбившийся биндюжник на исходе лет начинает догадываться, что человек может не только управлять лошадью, человек может летать».

А вот — отрывок из рецензии Феликса Кохрихта: «А он, Мендель, в исполнении О. Школьника, могуч и витален. От него так и пышет жаром, пугающим Нехаму. Его первое появление на сцене — настоящий выход Короля. Только вместо мантии за ним тянется повозка — биндюг. Он и кучер, он и конь. Блестящая находка режиссера В. Стрижова сразу же задает тон этой эпической роли, которую Олег Школьник удивительно точно ведет до самого финала. Он играет страстно, он живет душой вместе со своим героем. И темное, и светлое в душе Менделя сполна предстает перед зрителями».

«Закат» держался в репертуаре 8 лет, и имел неизменный успех у одесской публики. Кроме того, театр гастролировал с этим спектаклем, и везде реакция зрителей и критиков на игру Олега Школьника была восторженной: «Главная удача спектакля — игра О. Школьника, создающего впечатляющий образ Менделя Крика за счет ярких контрастов страстей. Если сначала от могучей кряжистой фигуры его героя исходит только мрачная деспотичная сила, то в кульминации его драмы перед нами — сомнения, тяжело ворочающаяся мысль, неожиданная любовь к юной Марусе… Безысходно трагичен Мендель в финале спектакля — сломанный грубой силой своих сыновей не столько физически, сколько духовно. Ловушка ложного существования окончательно захлопнулась, рассвета, другой жизни уже не будет», — это выдержка из отзыва Я. Шауса на показ одесского «Заката» в Вильнюсе. Еще одно мнение о вильнюсских гастролях «Заката» критика Марины Бабянскене: «Несомненная удача спектакля — Мендель Крик в исполнении Олега Школьника. Актер играет трагедию крупной личности, попытавшейся сбросить с шеи ярмо многолетнего, вошедшего в привычку рабства… Сумрачный старик, разбуженный неожиданно нагрянувшей любовью к златокудрой Марусечке, вдруг открывает в себе залежи неизрасходованной нежности. Олег Школьник очень тонко передает эту робеющую грубоватую нежность — словно человек учится незнакомому языку».

Вскоре после триумфальной для Школьника премьеры «Заката» известный кинорежиссер, создатель советских «Трех мушкетеров» Георгий Юнгвальд-Хилькевич пригласил его сняться в своем новом фильме «Искусство жить в Одессе» по мотивам произведений все того же Исаака Бабеля и практически с теми же персонажами. Но здесь Школьнику была предложена совершенно иная роль: если на театральной сцене он играл возрастную роль отца Бени Крика, то на киноэкране предстал в образе молодого бесшабашного приятеля Бени, члена его бандитской шайки Миши Яблочко. Роль не самая большая, да и сама вышедшая в 1989 году картина, несмотря на занятое в ней замечательное актерское созвездие — Сергей Колтаков, Зиновий Гердт, Алексей Петренко, Светлана Крючкова, Олег Табаков, Александр Ширвиндт, Михаил Боярский, Виктор Авилов, Борислав Брондуков и многие другие прекрасные актеры — увы, не стала большим событием. Но работа в фильме Олега Школьника, особенно эпизод гибели его персонажа во время чекистской облавы, надолго врезается в память. Миша Яблочко пытается уйти от погони и скрыться в портовых доках, но чекисты настигают его возле узкого прохода к морю и окружают со всех сторон. «Не укусишь!» — яростно бросает Яблочко преследователям, отстреливаясь до последнего патрона. А когда патроны кончаются, он, с обреченной улыбкой, упрямо не выпуская пистолета из рук, как ребенок, изображает выстрелы по врагам голосом: «пух-пух-пух» — и получает в ответ настоящий залп в упор. Следующие несколько секунд экранного времени пронимают до дрожи и стоят целого фильма: под пронзительную музыку Александра Градского актер отыгрывает и нестерпимую физическую боль от попавших в тело пуль, и понимание того, что это его последние земные мгновения, и желание в последний раз увидеть родное Черное море. Он шагает к воде, тяжело опускается на массивную якорную цепь и — последний штрих образа — понимая, что еврею грешно предстать перед Богом с непокрытой головой, последним усилием натягивает на голову сорванную в пылу погони кепку — и падает лицом вниз в стылую морскую воду.

В том же 1989 году на экраны вышел еще один фильм с участием Олега Школьника — «Астенический синдром» режиссера Киры Муратовой. Эта картина получила весьма значительный резонанс в среде любителей артхаусного кино. По структуре фильм состоит из череды гротескных микроновелл с различными причудливыми персонажами. Школьник сыграл одного из них в новелле, повествующей о превратностях любви к птицам и родной дочери. В его квартире есть множество клеток с канарейками и домашний кот, который пытается выцарапать птичек из клетки. Хозяин обрушивает на кота свой гнев, а когда дочь заступается за пушистого любимца — отцовский гнев переходит на нее. И снова — за короткий промежуток экранного времени Школьник убедительно воспроизводит целую гамму эмоций: интеллигентское недоумение от случайной странной встречи на улице, нежную любовь к дочери-подростку, пасторальное умиление птичками божьими. И тут же вдруг — отчаянную лютую злобу на кота и его хозяйку, а вслед за этим — слезную детскую обиду на несовершенство мира.

Эти две кинороли плюс небольшой эпизод в партнерстве с «человеком-амфибией» Владимиром Кореневым в вышедшем годом ранее популярнейшем телевизионном детективе «Криминальный талант» режиссера Сергея Ашкенази принесли Школьнику первую узнаваемость среди широких слоев населения.

Ну а среди одесских театралов высочайшую актерскую репутацию Олега Школьника укрепили две работы режиссера В. Стрижова, последовавшие за «Закатом» — Периклимен в «Седьмом подвиге Геракла» М. Рощина и Городничий в гоголевском «Ревизоре». Если в первом случае точно и выразительно воплощенный сатирический образ Периклимена был воспринят рецензентами как нечто само собой разумеющееся, то полный и безоговорочный актерский успех Школьника в гоголевской комедии был отмечен многими авторитетными одесскими критиками. Марк Соколянский после просмотра спектакля написал: «Комедия «Ревизор» — в спектакле одесситов скорее может быть названа «Городничий»… Безусловно, центральным персонажем в этом спектакле является Городничий в исполнении О. Школьника. Тонко чувствующий гоголевский юмор, актер не скатывается в простейшее комикование, а стремится к более полному художественному осмыслению образа…». Данную мысль поддерживает и развивает рецензент А. Щербаков: «Решусь с большой долей уверенности утверждать, что главная удача этого спектакля, его прорыв к сознанию современного зрителя связаны в первую очередь с образом городничего, прочитанного актером О. Школьником и постановщиком, если можно так выразиться, с самой ближней дистанции. Сочувственно. Очеловечено. С большим отрывом от штампов… С первого шага, с первого слова в нем угадываются недюжинная личность, природный ум и, если хотите, служебное рвение в том понимании, какое не им было принято, но веками укоренялось на Руси».

Еще один персонаж русской классики, сыгранный Школьником в тот период и восторженно принятый рецензентами, — Городулин в комедии А.Н. Островского «На всякого мудреца довольно простоты» (спектакль 1991 года в постановке Аркадия Каца назывался «Мудрец»). «Городулин, представленный О. Школьником, разумеется, недалек, но зато очаровательно беспечен и не пытается казаться лучше, чем есть на самом деле» (А. Щербаков).

Конечно же, параллельно с классическими персонажами, в начале 90-х Олег Школьник активно привлекался на разноплановые роли в постановки по пьесам современных драматургов. В спектакле по пьесе Александра Шеянова «Чертановская чертовщина» в постановке Сергея Арцыбашева актер сыграл яркую острохарактерную роль грузина — директора бани Бесагона Амуровича. В спектакле Александра Жегалова «Палата № 6 на 9», драматургической основой которого стал микс из текстов Антона Павловича Чехова и Михаила Жванецкого, Школьник воплотил образ Первого пациента, ставший одной из самых больших удач этого, в целом весьма спорного спектакля. В еще одном спорном спектакле «Месье №» по пьесе С. Лосева и З. Сегаля в постановке С. Лосева Школьнику досталась роль самого Чарли Чаплина. Интересные колоритные образы Олег Школьник воплотил во французских комедиях «Ночной переполох» Марка-Жильбера Соважона (в театре она шла под названием «Убийство — дело семейное», режиссером спектакля выступил Геннадий Скарга) и «Школа налогоплательщиков» Луи Вернейля и Жоржа Барра — этот спектакль поставил Виктор Стрижов.

Из множества ролей, сыгранных Олегом Школьником в 90-е годы на сцене театра, этапными можно назвать две.

Первая — роль Соломона в замечательной пьесе Григория Горина «Кин IV» (постановка Юрия Кочевенко, осуществленная в 1993 году). Актер создал забавный и трогательный образ мудрого суфлера, слуги и друга легендарного актера Эдмунда Кина. Чтобы придать этому образу особую краску, актер специально выучился вязать на спицах — и заполнял этим занятием все зоны молчания своего персонажа в спектакле. Хозяйственный, домовитый, ироничный и безмерно преданный своему другу Соломон был самым обаятельным персонажем этой истории, а сам спектакль «Кин IV» с сегодняшних позиций можно смело назвать лучшей постановкой театра того периода.

Вторая — роль Вальтера Келлермана в спектакле 1996 года «Пат, или Игра королей» по пьесе П. Когоута в постановке Виктора Стрижова. В этом необычном трагифарсе 40-летний актер снова сыграл пронзительную возрастную роль. В годы Второй мировой войны, желая отомстить сопернику, ревнивый муж (эту роль играл Виктор Пименов) прячет персонажа Школьника (еврейского интеллигента, преследуемого нацистами) у себя в потайном подвале. И затем на протяжении целых сорока лет разыгрывает перед ним историю о триумфе Гитлера и победоносной войне фашисткой Германии за мировое господство. Но в один прекрасный день выясняется, что несчастный еврей, оказывается, разгадал иезуитский план с самого начала и все это время вел в этой партии свою игру. Игра Школьника в «Пате» завораживала зрителей, не оставляя равнодушным никого. Этой своей ролью Олег Школьник отдавал дань скорбной памяти миллионам жертв фашистского режима. Мне навсегда запомнился пробиравший до мурашек отрывок из его монолога: «А вдруг я — последний, оставшийся в Европе еврей? Гитлеру не удалось уничтожить всех! Есть еще я! Разве уже одно это — не повод для оптимизма?»

 

Продолжился в 90-х и роман Олега Школьника с кинематографом. В 1991 году в фильме Всеволода Шиловского «Блуждающие звезды» по мотивам произведений Шолом-Алейхема он сыграл роль Бени Рафаловича, деспотичного отца еврейского семейства — образ, во многом созвучный образу Менделя из «Заката». Но актер избежал самоповтора: в исполнении Школьника Беня Рафалович и Мендель Крик схожи между собой разве что бородой — в остальном же — совершенно иная пластика персонажа, иной темперамент, иной характер. К сожалению, и этот фильм не обрел большой экранной судьбы и широкой популярности у зрителей.

Еще одна интереснейшая киноработа Олега Школьника, осуществленная годом ранее, в 1990 году, и вовсе могла бы остаться совершенно неизвестной. Долгие годы о ней практически никто не знал, она отсутствовала во всех фильмографиях. Но сегодня, по счастью, ее можно найти и посмотреть в интернете. Это короткометражная драма «Предел» длительностью всего 16 минут — дебютная учебная работа сценариста и режиссера Юрия Бликова. Лично для меня находка этого фильма стала маленьким чудом — и из-за нестандартного сюжета, и, прежде всего, из-за уникального актерского дуэта: Олег Школьник и Виктор Авилов. Они играют двух друзей, талантливых нейрохирургов: первый — серьезный и рассудительный Алексей Сушко в исполнении Школьника, второй — умный и циничный Виктор Курчевский в исполнении Авилова. Курчевский решается на опасный эксперимент по выявлению возможностей человеческого мозга под воздействием гипноза, причем в качестве подопытного объекта использует собственную жену Алену. Будучи верным другом, Сушко поначалу берется помогать Курчевскому, но в процессе эксперимента тот открывает ему свой циничный план: этот опыт нужен ему не для научной славы, а для обогащения, и он не собирается его обнародовать. К тому же степень опасности опыта явно превышает все допустимые нормы. Сушко пытается отговорить друга от продолжения этой авантюры, между друзьями происходит ссора. Финал истории трагичен: мозг подопытной супруги Курчевского не выдерживает перегрузок, и, несмотря на отчаянную попытку поднятого среди ночи с постели нейрохирурга Сушко спасти ее, она умирает на операционном столе. Курчевский исчезает в неизвестном направлении, потрясенный Сушко остается один... Актерские работы Виктора Авилова и Олега Школьника в этой истории предельно убедительны, их дуэт очень и очень интересен. Как жаль, что он уже никогда не повторится — ибо в 2004 году Виктор Авилов безвременно покинул этот мир.

А тогда, в начале 90-х, на момент сьемок в «Пределе» Авилов уже имел всесоюзную известность благодаря кинороли графа Монте-Кристо. Школьнику судьба еще не уготовила столь же звонких киноролей — но свое дело сделали театр и телевидение. Репутация Школьника как самого колоритного комического актера Одессы укреплялась не только в стенах родного русского театра — параллельно он блистал в комических образах сначала в одесском театре «Комедиум», а затем — в муниципальном шоу-театре «Ришелье», где в партнерстве с любимцами Одессы, звездами оперетты Семеном Крупником, Людмилой Сатосовой и другими прекрасными актерами он блистательно играл в спектаклях с красноречивыми названиями: «Тихо! Ша! Мы едем в США!», «Королева Молдаванки, или Наш ответ Президенту», «Одиссея адмирала Рабиновича» и других. Конечно, по своей одесско-еврейско-эмигрантской тематике эти коммерчески весьма успешные спектакли во многом были сиюминутной данью бурному перестроечному и пост-перестроечному времени — но делались они с душой и талантом — с хорошими актерами хорошим режиссером — худруком театра «Ришелье» Юлием Гриншпуном. И они внесли очень серьезный вклад в копилку популярности Олега Школьника.

А затем в его актерской судьбе началась эпоха «Джентельмен-шоу» — телепроекта, принесшего ему поистине всенародный успех.

 

Юмористическую программу «Джентельмен-шоу» придумали и воплотили в жизнь основатели и участники весьма популярной в то время команды КВН «Одесские джентельмены». Для усиления актерской составляющей программы КВНщики обратились к профессиональным актерам одесских театров. Первый выпуск программы вышел на телеэкраны 13 мая 1991 года. В нем Олег Школьник исполнил маленькую роль партийного функционера. В нескольких следующих выпусках он также исполнял маленькие роли. Но вскоре руководители проекта поняли, что именно Школьник может и должен стать одним из основных лиц передачи — и его экранное время значительно увеличилось, под него стали писать специальные роли, в программе появились постоянные рубрики, главными героями которых стали персонажи в исполнении Школьника. Одной из самых удачных, надолго полюбившихся народу стала рубрика «Одесская коммунальная квартира», в которой Школьник исполнил роль обаятельного жильца, вечного оптимиста Семена Марковича, надолго ставшую его «визитной карточкой». Чуть позже появилась также ставшая очень популярной рубрика «Вованиана», где Школьник воплощал гротескный образ напропалую сорящего деньгами «нового русского» Вована Сидоровича. Имя «Вован», как имя «Семен Маркович», на долгие годы стали для Школьника нарицательными. Были и другие постоянные рубрики — «Одесская аптека», «Милицейская академия», «Элка и кореша», «Утром в газете — вечером в куплете», в которых блистал Школьник. Всего же счет персонажам, сыгранным Школьником за всю историю проекта (а он регулярно шел в эфире вплоть до 2005 года), измеряется многими десятками.

Конечно же, такая популярность, резко выделившая Школьника из ряда коллег по театру, имела и обратную сторону. У актера появились тайные и не особо таящиеся завистники и недоброжелатели, которые стали активно нашептывать в кулуарах театра: «Школьник — ширпотребный актер, во всех ролях одинаковый, он и в театре везде «Семен Маркович», кривляться на телеэкране — вот его профессиональный потолок». Шептавшие это люди словно бы напрочь забыли о своих же восторгах от Менделя, Городничего, Соломона из «Кина» или Вальтера Келлермана из «Пата». Во многом этому способствовала и ситуация с репертуарной политикой театра: серьезной программной драматургии театр в конце 90-х не ставил, делая упор на легкий жанр. Соответственно, достаточно долгое время не было у Школьника и новых ролей, равных по мощи предыдущим. В качестве, пожалуй, единственного исключения можно назвать лишь интересную работу 1999 года — роль Лепорелло в спектакле «Последний Дон Жуан» по пьесе Эдварда Радзинского в постановке Михаила Горевого. Впрочем, сам актер не посчитал эту роль своей большой победой, и играл недолго, вскоре уступив ее более молодому партнеру Александру Суворову.

 

И только на рубеже тысячелетий, в 2000 году, Школьник дождался по-настоящему достойной знаковой роли в родном театре: новый директор Виктор Митник принял решение сделать масштабный спектакль «на Школьника». Для постановки был приглашен признанный мастер режиссуры, народный артист России Александр Дзекун, предложивший шекспировского «Ричарда III».

Это была долгожданная, интересная и очень трудоемкая работа, потребовавшая от театра в целом и от Школьника в частности максимальной мобилизации творческих и физических сил. Вот как рассказывает о ней в одном из интервью сам артист:

«Два месяца мы непрерывно, по 12 часов в день репетировали в театре. После каждой репетиции режиссер давал задание на дом, я вставал в 4 утра и начинал работать… На сцене у меня настоящий, специально сделанный 15-ти килограммовый двуручный конный меч, который постоянно ко мне возвращается. И это не только меч — это и крест, который я несу… У меня на сцене сухая левая рука и правая нога. После спектакля я долго не могу ходить ровно, и левая рука до следующего утра слабее».

«Ричард III» стал событием в театральной Одессе, череда премьерных спектаклей прошла на аншлагах, количество рецензий на постановку было рекордным. Для Олега Школьника эта роль, помимо всего прочего, стала новым экзаменом на профессионализм, способом доказать свой истинный актерский масштаб. И новым отчаянным боем с недоброжелателями, для которых спектакль стал поводом щипать, колоть и лягать актера с новой силой. Причем основным пунктом обвинения актеру, играющему шекспировского героя, оставался все тот же — звездность в «Джентельмен-шоу».

Так, например, критик В. Попов не постеснялся написать следующее: «В исполнении Олега Школьника Ричард III выглядит «озверевшим» Санчо Пансой. Нет не единого намека на психологизм. Невооруженным глазом видно, что не актер вытягивает роль, а она тянет его изо всех сил, но и это не спасает. Если на театральных скрижалях Высоцкий записан Гамлетом, Лебедев — Холстомером, то Школьник сам себе уготовил коронный образ — Вована».

Весьма прозрачным был и выпад в адрес Ричарда-Школьника одесского писателя Ильи Пиковского, вставившего в свой вышедший вскоре после премьеры художественный роман следующий пассаж: «Спектакль получился скучным. Все действие крутилось вокруг высокого столба, который колом торчал посреди сцены, и напоминал тоскливую карусель. Особую пикантность шекспировскому спектаклю придавало то, что главную роль — герцога-злодея исполнял Антон Юночкин, известный городу по комедийному теле-шоу «Моисей Соломонович». «Моисей Соломонович» ходил по сцене с пудовым мечом на плече и, обливаясь потом, монотонно орал злодейские тексты».

Конечно же, были и другие, диаметрально противоположные мнения:

«Ричарда ІІІ играли великие актеры современности — Лоуренс Оливье, Реваз Чхеидзе, Михаил Ульянов… теперь сыграл Олег Школьник, которому наконец-то досталась роль, соответствующая масштабу его личности. В галерее Ричардов образ, созданный Школьником, не проигрывает» (Елена Каракина).

«Актер полностью перевернул устоявшиеся представления о себе как о мастере добродушных обаятельных образов, он придал своему герою отрицательное обаяние. Мощный вепрь, рассуждающий о своих физических пороках с сарказмом, палач, иронизирующий с жертвой, боец, способный, кажется, взмахом огромного меча защитить отечество…» (Мария Гудыма).

«Исполненная трактовка роли актером Школьником безупречна и вызывает восхищение» (Анна Берестова).

«Слишком сильно послевкусие от игры Олега Школьника — злосчастного Ричарда. Вот почему вновь и вновь, представляя его трагическую фигуру, хочется романтически воскликнуть: «Король умер, да здравствует король!» (Валерий Бодылев).

После «Ричарда ІІІ» Олег Школьник еще дважды работал с режиссером Александром Дзекуном. В 2001 году в театре состоялась премьера спектакля «Цена» по А. Миллеру, где артист блистательно сыграл роль Грегори Соломона. В 2002 году в антрепризном формате вышел моноспектакль «Контрабас» по П. Зюскинду, также ставший событием в жизни театральной Одессы.

 

Период с 2003 по 2008 год в театральной карьере Олега Школьника не был особенно богат на события. Когда театр открылся после капитальной реконструкции в 2003 году, новый директор театра Александр Копайгора стал инициатором капитального возобновления спектакля «Ричард ІІІ» — для этой цели был вновь приглашен Александр Дзекун. Но увы, успех премьерного варианта повторить не удалось: спектакль не стал долгожителем репертуара и вскоре сошел со сцены. В 2004 году театр взял под свое крыло «Контрабас» — повторилась та же история — спектакль, отсмотренный театралами еще в антрепризном варианте, не делал нужных дирекции кассовых сборов. В новых постановках театра Школьник не видел для себя достойных ролей, а дирекция и новообразованная режиссерская коллегия театра, в свою очередь, не инициировали постановок специально на артиста. Единственной новой большой работой актера в этот период стала роль Германа Льюиса в комедии «Смешанные чувства» Р. Баэра в постановке Алексея Гирбы, где актер создал прекрасный дуэт с актрисой Ларисой Коршуновой. Этот спектакль идет в репертуаре по сей день. Но и он изначально не ставился на Школьника: на роль Льюиса актер был введен в 2006 году в силу производственной необходимости, связанной с уходом из театра ее первого исполнителя Андрея Гончара.

Эта пауза в актерской карьере (не зря же говорят, нет худа без добра) стала толчком к раскрытию творческого потенциала Олега Школьника с новой стороны — он начал пробовать себя в режиссуре. Дебютный спектакль режиссера Школьника — трогательная мелодрама «Случайное счастье» по пьесе В. Мухарьямова «В тени виноградника», созданной, в свою очередь, по мотивам рассказов И.Б. Зингера, вышел в 2004 году. Это был антрепризный проект — но на сцене родного Одесского русского театра и с его ведущими актерами. Спектакль стал подарком для замечательных мастеров Натальи Дубровской, Семена Крупника и Тамары Мороз, небольшую роль в нем сыграл и сам Школьник.

В 2006 году, в качестве подарка самому себе и от родного театра на 50-летний юбилей, Олег Школьник осуществил масштабную и сложную многонаселенную постановку — спектакль «Пляска Чингиз-Хаима» по собственной инсценировке одноименного романа Ромена Гари. Спектакль стал не только творческим, но и социальным высказыванием Школьника, главенствующей в нем явилась тема преступлений фашизма во Второй мировой войне с проекцией на сегодняшний день (в этом спектакль был весьма созвучен сыгранному актером 10 годами ранее «Пату, или Игре королей»). В этот раз Школьник не оставил себе даже маленькой роли — в спектакле блистали Юрий Невгамонный, Борис Смирнов, Семен Крупник, Геннадий Скарга, Сергей Поляков, Валерий Жуков, Александр Суворов, Татьяна Опарина и другие актеры.

Также в режиссерском активе Олега Школьника — два спектакля, сделанных по заказу дирекции театра для школьной аудитории — «Итак, я жил тогда в Одессе» — об одесском периоде жизни А.С. Пушкина по мотивам пьесы Ю. Дынова «Всего 13 месяцев» и «Александр Маринеско. Атака века» по пьесе С. Пенькова — о подвиге легендарного одессита-подводника в годы Великой Отечественной войны. Эти спектакли на протяжении долгого времени показывались одесским старшеклассникам в рамках театральной программы «Уроки искусства».

 

Но проходит все — прошел и период актерского безвременья для Олега Школьника. С 2008 года интересные роли следуют одна за другой: уморительно смешной и тонко сыгранный жених Яичница в гоголевской «Женитьбе» (режиссер А. Гирба), бдительный папаша взрослой дочери на выданье, купец Филиберт в комедии Карло Гольдони «Забавный случай» в режиссуре Алексея Литвина, в его же постановке — трагикомическая история последних минут жизни самоубийцы в моноспектакле «Жизнь за 1000» по пьесе П. Туррини «Все, наконец».

В связи с уходом из жизни в конце 2008 года многолетнего партнера и старшего друга Школьника Семена Крупника, в 2009 году актер принял в наследство роль Сорина в чеховской «Чайке» (постановка А. Литвина). Филигранное мастерство исполнения этой роли Олегом Школьником было многократно отмечено ведущими театральными экспертами на международных фестивалях в Мелихове, Орле, Белгороде и Одессе.

В феврале 2010 года Алексей Литвин выпускает масштабное сценическое полотно о старой Одессе по роману Владимира Жаботинского «Пятеро». Одну из центральных ролей — главы семейства Мильгромов — Игнаца Альбертовича в этом спектакле играет Олег Школьник. Спектакль в целом вызывает горячие споры в среде одесских театралов — от бурного восторга до полного неприятия, но к игре Олега Школьника на этот раз нет замечаний даже у самых ярых противников постановки.

В том же 2010 году на постановке комедии «Тараканьи бега любви» по пьесе Вуди Аллена Олег Школьник, назначенный на роль Хэла, знакомится с режиссером Михаилом Чумаченко. Это становится началом их крепкой творческой дружбы и плодотворного сотрудничества. В апреле следующего, 2011 года в постановке Михаила Чумаченко выходит спектакль, который без преувеличения можно назвать самой удачной работой Олега Школьника за последние десять лет, его нынешней актерской «визитной карточкой» — «Одесса у океана» по пьесе В. Шендеровича «Потерпевший Гольдинер».

Вот уже шесть лет спектакль «Одесса у океана» собирает аншлаги. Ему аплодировали не только жители Одессы, но и театралы Израиля и Германии. Актер играет живущего на нью-йоркской Брайтон-Бич эмигранта из Одессы. На сцене — всего два человека (роль Джейн Уотсон в очередь играют Татьяна Коновалова и Гуллер Полякова). Исходным событием пьесы является автомобильная авария: молодая американка Джейн случайно сбивает на переходе старика-эмигранта Гольдинера — и по приговору суда должна отбыть 80 часов исправительных работ в его квартире, ведя домашнее хозяйство. В процессе этого вынужденного общения между двумя, казалось бы, столь разными людьми находится много общего. Постановщику и исполнителям удалось найти самую верную интонацию для рассказа этой незамысловатой истории. А способ существования на сцене Олега Школьника позволяет с полным правом поставить его в ряд лучших мастеров русского психологического театра.

Следующей совместной работой Михаила Чумаченко и Олега Школьника стал спектакль, объединивший в себе «провинциальный анекдот» Александра Вампилова «Двадцать минут с ангелом» и одноактную комедию Виктора Шендеровича «Текущий момент» («Бляха-муха»). Эта постановка, вышедшая в 2012 году, не повторила коммерческий успех «Одессы у океана» и не задержалась в репертуаре надолго. Но работа в ней Олега Школьника стала очередным доказательством его искрометного комедийного таланта. Он блистательно сыграл две роли: в пьесе Вампилова — скрипача Базильского, в пьесе Шендеровича — мэра Лядичева. Спектакль остался в памяти актера и театра еще по одной причине: он стал последней дуэтной работой Школьника с недавно ушедшей из жизни выдающейся одесской актрисой Натальей Дубровской, его многолетней партнершей по многим спектаклям.

В 2013 году Михаил Чумаченко поставил спектакль «Эзоп» по пьесе Г. Фигейредо «Лиса и виноград» с Олегом Школьником в главной роли. Основными сценическими партнерами актера в этой работе стали Лариса Коршунова, Ирина Надеждина, Геннадий Скарга и Борис Смирнов. Спектакль получился ярким по картинке и динамичным по темпоритму, масштаб роли позволил Олегу Школьнику развернуться на сцене во всю ширь своего таланта. Но опять — увы! — широкого зрительского признания спектакль не получил. Видимо, слишком уж далека оказалась романтическая история о древнегреческом рабе-баснописце, безобразном уроде с прекрасной душой, от предгрозовых реалий Украины образца 2013 года.

В конце того же 2013 года вышел спектакль, с упоминания которого и началась эта статья, — «Божьи дела» Семена Злотникова. Рассказом о нем она и заканчивается, потому что, увы (ах, как часто это междометие всплывает в данном тексте — но что я тут могу поделать?), с конца 2013 до момента написания мною этих строк премьерных актерских работ на театральной сцене у Олега Школьника не было. А «Божьи дела» играются регулярно — и играются мастерски. В этом моноспектакле четыре новеллы, в которых Олег Школьник воплощает пять совершенно разных образов. В первой новелле — пожилой женщины «из народа», случайно получившей выигрышный лотерейный билет. Во второй — брутального русского рыбака, вследствие безумной любви к еврейской девушке принявшего иудаизм и ставшего ортодоксальным носителем этой веры. В третьей — любвеобильную даму бальзаковского возраста Лялечку. В четвертой — причудливого ирреального персонажа, живущего продажей собственных частей тела и органов, вплоть до сердца (правда, в последний момент, влюбившись в симпатичную медсестру, руку и сердце он решает не продавать, а предложить ей безвозмездно). В финале этого спектакля зрители неизменно аплодируют актеру стоя.

 

P.S: Когда написание этой статьи близилось к завершению, пришло приятное известие: дирекция Одесского академического русского драматического театра взяла в работу пьесу автора «Божьих дел» Семена Злотникова «Страсть». Спектакль в его постановке с Олегом Школьником в главной роли должен выйти этой осенью. Он станет подарком к юбилею артисту и его поклонникам.

 

 

Фото из архива Одесского академического русского драматического театра


Фотогалерея


Комментарии

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Мы не любим общаться с роботами. Пожалуйста, введите текст с картинки.

Новости

16 февраля 2015

Дорогие друзья!

К сожалению, непростое с точки зрения сегодняшней экономики время, так или иначе отозвавшееся во всем, коснулось и нас. Начиная с 2015 года журнал «Иные берега» будет выходить только в электронном виде.
Надеемся, что это не помешает вам следить за нашими публикациями с прежним интересом и вниманием. Конечно, всегда приятно взять в руки с любовью изданный журнал и слушать шелест страниц, но... молодые поколения уже настолько привыкли к электронному способу общения и получения информации, что, может быть, и многие из них станут такими же верными поклонниками «Иных берегов», какими стали за годы существования журнала представители старших поколений.
До встречи в виртуальной реальности!
 
Наталья Старосельская